Кстати, bond переводится как связь. То есть ребенок появился на свет, а пуповина осталась. Невидимая, но вполне ощутимая. Поэтому ты понимаешь малютку без слов: расшифровываешь его мимику и значение каждого жеста. Расслабленна, когда он спокоен, и разбита, если он нездоров. Готова целовать каждый пальчик и даже попку! Бесконечно восхищаешься тем, что кроха у вас получился самый-самый! Так все и было задумано! Но, конечно, для установления контакта необходимо время. И не каждая мама чувствует себя влюбленной раз и навсегда. Кто-то измучен родами, кто-то переутомлен, кто-то боится или груз ответственности давит так, что вот-вот расплющит… Главное, не упивайся виной, а общайся с малюткой. Он достоин большой любви, и скоро тебя охватит именно это чувство! А если ты только ждешь малыша, начинай устанавливать бондинг уже сейчас.

Некоторые пропагандисты бондинга уверяют, что такая уникальная связь возникает только между мамой и крохой и только если все идет как по писаному. Жизнь вносит свои коррективы в виде кесарева сечения, осложнений или упрямых акушерок, которые слухом не слыхивали ни о чем подобном. Но чудо природы в том, что эта связь сохраняется в самых жестких условиях, если у родителей есть желание ее поддерживать. А у многих современных пап не получается лишь родить и кормить грудью: со всем остальным они управляются не хуже мам. Папочка является важнейшим условием крохиного счастья, так что он тоже в связке. Говорят, легче ощутить это тому, кто рожал с женой. Нет страха, дрожащих рук и неуместной робости. Впрочем, отцы, ждущие под окнами, дома быстро налаживают контакт с детьми.

Беременность у нас — это диагноз. И меня всячески от нее лечили: отправляли на УЗИ, рекомендовали дорогие и рискованные процедуры, для которых, как потом оказалось, не было показаний. В итоге на пятом месяце беременности я разорвала контракт стоимостью $5000 с известной московской клиникой, сняла квартиру в Ницце и уехала рожать на Лазурный берег.

У нас была на примете одна клиника, в которой рожала моя подруга. Но когда я оказалась на месте, тамошние знакомые стали настойчиво рекомендовать другую —«Санта-Мария». Там рожала Анджелина Джоли. Я выехала по туристической визе с обычным загранпаспортом и стандартной страховкой. Как потом оказалось, клинику мои документы не интересовали. Процесс оформления занял всего пятнадцать минут. Я немного говорю по-французски. Но если бы совсем не говорила, проблем тоже не было бы. На курорте почти все говорят по-английски.

Врача, который будет вести беременность и принимать роды, можно выбрать по своему желанию. Дородовой прием он ведет в своем кабинете, который обычно располагается за пределами клиники, в городе. Кабинет моего врача —квартирка на втором этаже обычного дома. Сидишь в общей очереди, иногда минут по сорок. Французы —люди очень неспешные. Визит стоит €70, рекомендуется посещать врача раз в три недели. Дважды до родов я ездила в Монте-Карло в Клинику имени принцессы Грейс. Считается, что местный врач, мсье Бенуа, делает лучшее УЗИ на всем побережье. Одна процедура стоит €90 и длится около часа.

Оплата родов состоит из нескольких частей. Первая —€2800 за четыре дня пребывания в клинике, включая еду и медицинское обслуживание. Вторая —плата врачу (€1800), акушерке (€500) и анестезиологу (€800).

Роды проходят в специальной палате, в отделении их всего шесть. На стене в каждой палате —огромный монитор из шести квадратов. Так персонал может видеть, в какой палате что происходит. Если захочешь, могут музыку включить. На родах были моя подруга и муж. Им разрешили стоять у меня за спиной. После рождения ребенка сразу дают подержать папе. Если он хочет, ему позволят разрезать пуповину.

После родов меня перевезли в обычную палату, где позволили жить и моему мужу. У нас ребенка после рождения обследуют сразу несколько врачей, там все делает один-единственный педиатр. Осмотр занял у него минуты три. В тот же день, около девяти вечера, ко мне пришли друзья — это абсолютно в порядке вещей. Спустя три дня мы перебрались из клиники в квартиру и занялись оформлением документов. После рождения ребенка нужно получить справку в клинике и в течение трех дней оформить свидетельство о рождении в мэрии Ниццы. Копию отправляют в Верховный суд в город Эксан-Прованс. Документы возвращаются назад через неделю. Затем мы сделали перевод на русский язык у аккредитованного судом переводчика (в Ницце). Документы вместе с фотографией ребенка отвезли в российское консульство в Марселе. Там ребенка вписали в загранпаспорт. Процедура заняла всего пару часов.

В клинику невозможно попасть «с улицы» перед самыми родами. Нужно заранее заключить контракт с конкретным врачом и приобрести пакет услуг. В него входит визит к врачу раз в месяц и собственно роды. Это обошлось нам в $5000. Отдельно оплачивается УЗИ и анализы (около $2000). И еще $5000 стоит пребывание в клинике в течение двух-трех дней при обычных родах и трех-четырех дней при кесаревом сечении, медикаменты и анестезия.

Часть затрат мы погасили за счет страховки. Плату за роды клиника требует заранее положить на депозит. За пребывание мужа и любые услуги, не касающиеся собственно родов, нужно платить отдельно. На перелеты и проживание в течение четырех недель ушло еще $20 000. До родов я приезжала к врачу три раза, периодически делала тесты и результаты отправляла в Лондон. Я приехала всего за неделю до родов (было назначено кесарево сечение) по обычной британской визе. За день до родов у нас произошла заминка.

Оказалось, что страховая компания не в курсе, что врач рекомендовал мне делать кесарево, и считает, что необходимости в операции нет. В результате клиника потребовала увеличить депозит, чтобы покрыть затраты на операцию. В итоге с помощью врача проблему решили, но я изрядно понервничала. В клинике меня не покидало ощущение, что я попала не в больницу, а в дорогой отель. Врачи и медсестры заранее рассказывают, что будет происходить, часто предлагают выбрать один из нескольких вариантов. Там никогда не услышишь: «Мамаша, ну-ка давай», или «Выпей это. Тебе поможет», или «Доктор лучше знает». Врач берет в руки скальпель, но если у тебя возник вопрос, он обязательно ответит. В родильном отделении, которое там называется theatre, доктор вел себя со мной так, будто я перед ним — напомаженная и на каблуках. Правда, есть обратная сторона: все очень по-деловому, никто не сюсюкает. Один раз, когда я опаздывала на прием к врачу, ее ассистент заявила мне, что если я не появлюсь к назначенному времени, она аннулирует мою резервацию на роды. Палата, в которой я находилась до и после родов, напоминает гостиничный номер. Разница только в том, что кровать может принимать любые положения. Гости приходят в любое время дня и ночи, нет никаких бахил, масок. Помню, на улице шел дождь, муж пришел, наследил, но никто по этому поводу не переживал.

Собственно на роды мой муж идти не решился, остался ждать в палате. Официант в белом с черной бабочкой принес ему ужин, виски. Клинику обслуживает специальная ресторанная служба. Можно заказать европейские, арабские и индийские блюда и любой алкоголь.

На следующий день после родов муж сфотографировал дочь, в этот же день клиника направила в регистрационный офис документы для получения свидетельства о рождении. Чтобы получить российские документы, нужно сделать апостиль. Контора находится в городке Милтон Кинз в получасе езды от Лондона. Переведенное свидетельство нужно заверить у нотариуса в российском посольстве. После этого ребенку оформляют российский паспорт (это занимает примерно месяц) или его вписывают в паспорт матери. Мы выписались из клиники, как и планировали, через два дня после рождения дочери. Вне зависимости от гражданства она имеет право на бесплатное медицинское обслуживание в Великобритании. Так что на следующий день после выписки к нам приходила патронажная сестра. А еще через день мы пошли вместе с ребенком в ресторан.

В США можно рожать в больнице, дома и в так называемой birthing clinic, где обстановка приближена к домашней и роды стоят дешевле. Birthing centers рассчитаны на роды без осложнений и находятся неподалеку от обычных больниц на случай, если потребуется серьезная помощь. Я решила не рисковать. Я летала на прием к врачу один раз, на третьем месяце беременности. Обследование заняло один день и стоило около $1200. Первый же прием начался с сюрприза. В кабинете врач тут же спросил меня: «А что, ваш муж не хочет зайти с вами?» Для россиян это несколько неожиданно, но муж со мной все-таки пошел.

Рожать я прилетела за три недели до родов, не хотела надолго оставлять шестилетнего сына. Если есть возможность, стоит прилететь заранее —месяца за два-три. В США не так просто снять квартиру на короткий срок. Большая часть жилья сдается минимум на полгода. Чтобы посмотреть, как все будет происходить во время родов, и заодно освоить медицинскую лексику, я пошла на курсы для беременных, там проводят и экскурсию по клинике. Кстати, на курсы все приходят с мужьями. Оказалось, что в родильном отделении «экскурсантам» не дают тапочек и даже верхнюю одежду никто не снимает.

Американцы убеждены, что ребенок должен рождаться в естественную среду. На курсах рекомендуют не торопиться ехать в клинику, как только начнутся схватки, а советуют, например, погулять, пока они не достигли определенной интенсивности. Так что когда у меня начались схватки, мы пошли по магазинам, зашли в ресторан и вернулись домой. Я даже ненадолго задремала, но вскоре схватки усилились. Сын родился в течение часа после нашего приезда в клинику. Во всех родильных комнатах есть стул-стол, принимающий разные положения, душ или джакузи и медицинское оборудование для новорожденного.

Во время родов вокруг меня было человек шесть-семь. Если нужно, могут пригласить переводчика. Один из медиков постоянно поддерживал со мной контакт глазами, объяснял, что происходит. Муж, который любит фильм про Штирлица, думал, что я забуду английский и буду говорить с врачами по-русски. Но этого не произошло. После родов меня довольно быстро заставили подняться. В послеродовую палату я шла самостоятельно. Она выглядит как домашняя комната, обои в цветочек, телевизор, кровать, есть кресло-диван для отца, отдельный блок с раковиной и столиком для ребенка, санузел с душем.

В Америке врачи не рекомендуют непременно «расцеживаться». Они считают, что организм сам сориентируется, сколько молока нужно вырабатывать для конкретного ребенка. Медсестры делают все, чтобы мамы кормили грудью. Готовы помогать круглые сутки и после выписки дают телефон круглосуточной консультации по грудному вскармливанию. Меня приятно удивила система персональной ответственности. Если ребенка забирает сотрудник клиники, он отдает маме свою персональную карточку. С этого момента человек лично отвечает за ребенка. Возвращая ребенка, он забирает карточку. На второй день после родов к нам в палату пришел нотариус и оформил свидетельство об отцовстве (поскольку мы с мужем не расписаны) и документы, которые затем клиника посылает в администрацию штата для получения американского свидетельства о рождении. Обычно оно приходит по почте. Нам его сделали за шесть дней, достаточно было просто попросить и съездить за ним самостоятельно.

После этого нужно подавать документы на получение паспорта. Если паспорт срочно не нужен, то документы на него тоже оформляются в почтовом отделении, куда нужно явиться отцу и матери вместе с ребенком. Стандартная цена около $60. Через месяц паспорт пришлют по почте. Если паспорт нужен срочно, то можно подать документы в специальном центре, предъявив билеты с датой отлета, и тогда его сделают за два дня. Это будет стоить около $150.

Поскольку ребенок, рожденный в Америке, в любой момент жизни может получить американский паспорт, мы решили не торопиться, в течение двух недель оформили российский паспорт по справке из клиники и улетели домой. Можно было еще ускорить процедуру и просто вписать ребенка в свой российский загранпаспорт.

Уезжая из клиники, мы столкнулись с любопытным правилом. Сотрудники не выпускают родителей с парковки, пока не убедятся, что ребенок пристегнут к автомобильному креслу, а само кресло —к машине.